Вход на сайт

Логин *
Пароль *
Запомнить

Создать аккаунт

Поля помеченые(*) обязательны к заполнению.
Имя *
Логин *
Пароль *
Еще раз пароль *
Email *
Еще раз email *
Капча *
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 [0 Голоса (ов)]

Контур АТО устойчиво сместился к западу Украины — в Закарпатье, а лучшие подразделения внутренних дел страны брошены разруливать, казалось бы, внутренние разборки двух преступных синдикатов: первый — взращенный коррупцией в провальной региональной политике государства, а второй — институционально — криминогенный, запущенный поствоенным синдромом.

 К событиям в Мукачеве, который по классической литературной традиции здесь выступает городом N, привел целый комплекс причин и ошибок в государственной политике Украины. Среди них, конечно, и рост криминогенной обстановки, и повальное крышевание теневого бизнеса со стороны власти, сложная социально-экономическая ситуация в стране, безработица и «фантомные войны», которые становятся единственным поприщем для демобилизованных из Донбасса. Так они зарабатывают деньги, самореализовываются, создают комфортные психологические условия для себя и крайне некомфортные для других.

Примечательно, что власти Киева изначально осознавали всю тяжесть последствий, к которым приведет проект «Правый сектор», но цели и идеологическая нагрузка, которую возложили на эту организацию (радикальный национализм как соборный механизм для активной части населения в целях наращивания масштаба русофобских настроений), не предоставляли альтернативы «партии войны». Тогда было решено, что цель оправдывает средства, и «Правый сектор» со своей миссией действительно справился на все сто: сперва выступил движущей силой Евромайдана, затем возродил добровольческое движение для спецоперации в Донбассе, объединил на фронте под своим началом несколько батальонов оскаленных бритых головорезов, уверенных, что их взгляды имеют под собой освободительное начало. Правосеки пролоббировали несколько националистических законопроектов в Верховной раде страны и подняли историческую дискуссию, суть которой была однозначна, заставив политическую элиту полностью переосмыслить события Второй мировой войны. Но «партия войны» готова пожертвовать даже этим, вызвать недоумение и непонимание европейских партнеров, чтобы использовать весь потенциал националистов, чьи услуги оказались так востребованы и на передовой, и в медиапространстве.

Однако вооруженный националистический хаос быстро отказался быть управляемым. «Правый сектор» открыто торговался с властью, отказываясь от реорганизации в пользу подразделений ВСУ. Уже тогда команда Порошенко хваталась за голову, понимая, что тянуть больше нельзя — «Правый сектор» должен быть опоясан нормами гражданского, уголовного и военного права со всех сторон, в противном случае он превратится в крупнейшую в Европе ОПГ. Но «партия войны» вместо того, чтобы придать «правосекам» статус околопреступного формирования, покупает Ярошу и нескольким его соратникам места в украинский парламент. Им казалось, что держать предводителей около себя — наиболее выгодно, ведь тогда они, возможно, и не допустят, что «Правый сектор» вырастет в стратегическую угрозу для самого государства. Но на самом деле политизация Яроша только подняла статус группировки до поощряемой властью. А в России тем временем «Правый сектор» в судебном порядке был объявлен запрещенной экстремистской организацией.

Таким образом Киев загнал себя в капкан, выход из которого только один — дискредитация вооруженных националистических формирований вплоть до полного вывода из разрешенных, но сделать это нужно быстрее, чем «Правый сектор» выступит катализатором Майдана v.3, а численность сторонников организации, которые вышли на митинги в других городах после событий в Мукачеве, позволяют судить о неизбежности и скоротечности этого сценария.

А в целом двуликий феномен «Правого сектора» критическому осмыслению не поддается: когда они с оружием в руках врываются в дома мирных жителей Донбасса, они герои , а когда устраивают перестрелки и похищают людей в Закарпатье — бандиты и угроза политическому режиму.

Источник: Lifenews.Ru